Грибов не было. Попадались мухоморы, какие-то поганки, Крайнев заметил даже пару трухлявых подберезовиков, но съедобных не попадалось. "Странно! - подумал Крайнев и вдруг сообразил: - Отряд в лесу! У них не только партизаны, но и семейный лагерь! Собирают! Чем в блокаде заняться?" Довольный своей догадливостью, Крайнев упустил момент, когда Петька, шагавший впереди, вдруг замедлил шаг и как-то незаметно поравнялся с гостем. И почти сразу из-за кустов их окликнули:

- Стой! Кто идет?

- Это я! - отозвался Петька.

- Кого привел?

- В отряд просится, Саломатина спрашивал.

- Оружие на землю!

Крайне понял, что это относится к нему. Снял сплеча винтовку, затем вытащил из кармана и положил рядом "люгер".

- У него еще нож! - наябедничал Петька.

- Нож тоже! - посоветовали из-за кустов.

Крайнев подчинился.

- И мешок! - не унялся невидимый часовой. - Вдруг там гранаты!

- Еда и белье, - сказал Крайнев. - Плюс цинка патронов.

- Снимай! Не то, как врежу очередь!

Крайнев стащил вещмешок и сделал десять шагов вперед. Из-за кустов вышел коренастый, скуластый паренек в ватнике и замызганной кепке. Из-под козырька выбивался кудрявый немытый чуб. На груди чубатого висел немецкий "шмайсер", который он угрожающе навел на пришельца.

- Зачем тебе Саломатин? - спросил грозно.

- Поговорить.

- Станет он со всяким... - хмыкнул боец, и Крайнев понял, с чьих слов пел Петька.

- Со мной станет!

- Ты ему кто?

- Боевой товарищ.

- Может, и боевой, - насмешливо сказал чубатый, внимательным взглядом окидывая Крайнева, - только вот товарищ ли? Ишь, гладкий да сытый.

- У него в мешке хлеб, - доложил Петька. - Буханка кирпичиком, не деревенская, хлеб свежий.

"Ах, ты! - укорил себя Крайнев. - Кажется, все предусмотрел, а вот это..."