— Я знала, что в этой истории есть какой-то подвох, но, разумеется, Мабель может жить здесь столько, сколько захочет, — сказала мать.

— Мабель, душка, — сказал ей отец, — я, конечно, не любил тебя, но все-таки меньше, чем не любил Генри.

Он посмотрел на меня, и это означало, что я должен был сказать тете Мабель что-то приятное. Поэтому я сказал ей, что она могла бы взять себе одну из моих ручных крыс. Но не беременную, поскольку я хотел использовать маленьких крысят, которые у нее родятся, в своих домашних экспериментах.

Сначала казалось, что тетя Мабель была не очень счастлива с нами, но думаю, через какое-то время она привыкла к нашей рутинной, обычной жизни. Я полагаю, что в Техасе она вела более оживленную жизнь и, живя с нами, просто не чувствовала себя как дома. Так или иначе, но ей не пришлось долго коптить одно с нами небо, поскольку однажды утром мы нашли ее в постели мертвой.

Отец сразу же послал за доктором. Как я уже сказал, он может быть практичным, когда захочет. Он знал, что доктор должен зафиксировать ее смерть, выписать свидетельство и так далее. Пришедший доктор позвал констебля и некоторых других представителей властей, поскольку ему с чего-то взбрело в голову, что тетя Мабель была убита.

Когда мать услышала это, с ней началась истерика. Она стала кричать, что не убивала, и никто не смог доказать, что это сделала она. Однако констебль утверждал, что крошечные проколы на горле тети Мабель были сделаны шпилькой с маминой шляпки, а доктор сказал, что в теле тети Мабель не осталось ни одной капли крови. Все-таки они были несколько озадачены, поскольку следов крови не было ни на постельном белье, ни на чем-либо ином в этой комнате. Они обыскали весь дом и участок вокруг, но нигде не смогли отыскать следов крови тети Мабель. Мой папаша подписал все бумаги, которые ему подсунули эти сволочи, и мамулю поместили в психиатрическую больницу.