— Я ничего не похищал, — раздраженно перебил его сэр Джайлс. — Я купил камень. Можете спросить у парня, который мне его продал.

— Не имеет значения, силой или деньгами совершено похищение, — заявил принц. — Вы прекрасно знаете, что человек, продавший вам камень, предал целые поколения. Неважно, что вы собираетесь с ним делать, может, и впрямь задумали приспособить его вместо автомобиля, но я должен предостеречь вас: камень опасен для людей, особенно для таких неверующих, как вы. Не менее опасны и Стражи камня. Я еще раз предлагаю вам вернуть его и по-прежнему готов предложить любую мыслимую компенсацию.

— Ну, насчет денег можете не беспокоиться, — захихикал Монтегю. — Дядюшка своего не упустит. Он будет иметь процент с продажи каждой крошки, и, я вам скажу, не маленький процент. За несколько месяцев наберется славная сумма.

А ваше правительство, насколько я знаю, не из самых богатых.

Ну, сколько миллионов вы могли бы предложить?

Принц даже не взглянул в его сторону. Он упорно смотрел на сэра Джайлса, и в его взгляде можно было заметить сдерживаемую ненависть. Сэр Джайлс снова взял венец.

— Нет, — он медленно покачал головой. — Я не расстанусь с этой вещью. Мне надо поэкспериментировать. Тот проходимец, который продал его мне…

— Выбирайте выражения! — перебил принц голосом, Дрожащим от ярости. — Человек этот ныне отвержен и проклят, но принадлежал он к великому и славному роду. Да, он обречен вечно корчиться в аду, но вы-то даже смотреть на его муки недостойны!

— ..так вот, он говорил, что эта штука чего только не может, — невозмутимо закончил сэр Джайлс. — Пожалуй, я обойдусь без Кобхема. Мы с Пеллишером само справимся.

Уймитесь, принц, все совершенно законно. Все правительства мира ничем тут не помогут.

— А я и не рассчитываю на помощь правительств, — сказал принц. — Но, насколько я понимаю, смерть частного лица не в их компетенции. К сожалению, я связан клятвой, данной моему дяде…