Кандидат, или, опять-таки в соответствии со студенческим жаргоном, «пациент», раздевался и входил в воду, нагреваемую до тех пор, пока он не переставал чувствовать ее температуру. Это было индивидуально: для одних вода «переставала существовать» при 29, для других — только при 32 градусах. Когда лежащий навзничь в бассейне молодой человек поднимал руку, воду переставали подогревать, и один из ассистентов накладывал ему на лицо парафиновую маску. Затем в воду добавляли какую-то соль (но не цианистый калий, как серьезно уверяли те, кто уже прошел «сумасшедшую ванну»), скорее всего обычную, поваренную. Добавляли столько, чтобы «пациент» (его называли также «утопленником») свободно плавал у самой поверхности, не выныривая. Только металлические трубки торчали над водой, чтобы «пациент» свободно дышал. Вот и весь принцип. Ученое название эксперимента звучало так: «лишение мозга афферентных импульсов». В самом деле, лишенный зрения, слуха, обоняния, осязания — присутствие воды через очень короткий промежуток времени переставало ощущаться, — со скрещенными на груди руками, словно египетская мумия, «утопленник» парил в состоянии невесомости в течение нескольких часов. Как долго? Так долго, как мог выдержать.

Вроде бы ничего особенного. Однако же с человеком в таком положении начинают происходить странные вещи. Естественно, каждый желающий мог прочитать о переживаниях «утопленников» в пособиях по экспериментальной психологии. Но эти переживания носили очень индивидуальный характер. Треть кандидатов не выдерживала не то что шести или пяти, но даже трех часов. Однако выдержать было необходимо — ведь на каникулярную практику распределяли в соответствии со списком прошедших это испытание. Лучшим доставалась практика «экстра», совершенно непохожая на малоинтересное, даже скучное сидение на различных околоземных станциях. Заранее невозможно было предсказать, кто окажется «стойким», а кто нет, — «ванна» подвергала нелегкому испытанию цельность, монолитность личности.