— Мы уж проверяли… Одно время в отдушине поселились воробьи, а потом голуби. И появился… запах. Вот тогда мы и вставили решетку.

Грошев помолчал, походил между стеллажами и спросил:

— Как хранились пропавшие товары? Только, пожалуйста, не надейтесь на мою проницательность. Рассказывайте как можно подробнее. Я впервые сталкиваюсь с подобным делом.

Блондинка недоверчиво покосилась на молодого следователя.

— Ну как вам сказать… Хранили пропавшие товары, как и все остальные. На стеллажах.

— А как хранятся все остальные?

Блондинка пожала плечами. Ей явно не понравился Грошев. Такое сложное дело, а прислали человека, который ничего не смыслит в их работе. Что же он может обнаружить?

— На каждом стеллаже, как видите, есть рамки. В них вставляются товарные артикулы, а под ними, на полки, складываются товары. Вот стеллажи для дамского белья, вот для полушерстяного, вот для чистошерстяного трикотажа… И так далее… По мере того как мы выдаем товар, места освобождаются. Мы кладем на это место новый товар, а рамочку с артикулом передвигаем или меняем.

— Значит, места товаров непостоянны?

— Конечно! Если на каждый товар, да еще каждого артикула, отвести определенное место, понадобится целый небоскреб.

— А как же вы сами разбираетесь?

— С чем? С товарами? — В голосе блондинки звучала почти насмешка.

— Да. С товарами.

— Мы ведь просто помним! А потом, именно для этого существуют рамочки с артикулами, картотека. Но если мы и забудем, то сверимся с картотекой и сразу определим, сколько того или иного товара осталось, на каком ряду стеллажей он лежит и на какой полке, — блондинка надула пухлые, слегка тронутые краской губы и покачала головой. — В этом отношении у нас все отработано четко.