— Какого черта ты не поднимаешься выше? — недовольно спросил у Кленова Кжан, плотнее затягивая пряжку ремня.

— Не хочу искушать судьбу. Все прошло слишком гладко, а в таких случаях весь комплект неприятностей выдается в конце

операции.

— Никогда не думал, что инспектора УВИВБа страдают предрассудками.

— Это не предрассудки — это статистика.

— У них здесь нет никаких локаторов, километров сто сплошная водная поверхность, без единого острова!

— Я знаю. Могут быть патрульные суда, воздушные наблюдатели. Как только они сообщат о похищении ранкера, тревога поднимется по всему сектору.

— Думаешь, у них есть еще рации, кроме этой? — Он кивнул на мигающий зеленый огонек на пульте управления.

— Наверняка. Для нас сейчас самое главное — сохранить внезапность при подходе к космодрому. Не дать им засечь направление, по котррому мы движемся. — Кленов искусно обошел очередной гребень и бросил машину вниз в промежуток между двумя валами.

— На космодром они в любом случае сообщат о нашем побеге в первую очередь.

— Этим тоже можно воспользоваться. Важно, чтобы у них не было непосредственных данных о маршруте ранкера. Ты не представляешь, до какой степени охрана может быть загипнотизирована полицейской формой нашей машины. На ней есть автоматический радиопароль для всех охранных систем. Пока они разберутся, что к чему, мы уже будем на взлетном поле.

— Ну да, и там нас ждет заправленный топливом корабль...

— Он ждет не нас. Он зарезервирован для каких-то тайных целей местного совета и всегда готов к полетам.

— Откуда ты это знаешь?

— Гридос привлекает внимание всех служб нашего управления уже не первый год. Здесь творятся странные вещи, и, кстати, именно поэтому нам так важно благополучно отсюда выбраться.

— А если они сменят радиопароли в охранных системах?

— Вряд ли успеют, но в любом случае нам в этом придется убедиться.