— Сергей Георгиевич, завтра я обойду дома того квартала и ее вычислю.

— А она сейчас нужна?

— Не въехал…

— Игорь, геометрию помнишь?

За «наружками», допросами, засадами и метаниями но городу опер забыл не только геометрию, но и арифметику. Следователь напомнил:

— Прямая — самый кратчайший путь между двумя точками.

— Имеете в виду сочинительницу анонимки?

— Именно: зачем охотнику петлять, коли зайца уже видать.

— Сергей Георгиевич, умная мысля приходит опосля. Через сорок минут Рита будет у вас…

Через час капитан ввел в кабинет следователя девушку с лицом, которое запоминалось. Рябинин попробовал его как-то обозначить — озорное лицо. С такими лицами серьезные анонимки не пишут. Сразу начинать официальный допрос не хотелось. Похоже, она к допросу тоже не расположена. Да и тема деликатная: любовь, беременность, роды. Палладьев исчез, воспользовавшись заминкой: он знал, что допрос следователь считал делом чуть ли не интимным и присутствия третьих лиц избегал.

— Рита, — начал Рябинин почти задушевно, — нужна твоя помощь.

— Какая? — удивилась она.

— Ты кроссворды разгадываешь?

— Иногда.

— Помоги мне вот с этим кроссвордом…

Рябинин положил перед ней на стол анонимку. Девушка всплеснула руками, словно попробовала от нее отмахнуться:

— Знала, что попадусь…

— Попалась, тогда кое-что объясни.

— Тут все сказано.

— Не все. Неужели не знала, что подруга забеременела, когда, от кого, ее планы и тому подобное?

— Мы с Любкой приезжие. Сперва делились, мечтали, объявления клеили…

— Какие объявления?

— Типа «хочу любить и быть любимой». Так Любка с циркачом познакомилась, который был знаменит тем, что без охраны входил в клетку с тигром. Но роман не сложился.