Дора Мироновна деловито натянула свои резиновые перчатки и ребенка извлекла.

— Мальчик.

Рябинин смотрел на трупик. Из двадцатилетнего следственного опыта он уже знал, что ребенок, скорее всего, родился живым, но был убит. Впрочем, гадать не стоило. Дора Мироновна трупик вскроет и точно назовет причину смерти и срок беременности. Осмотрев тельце, она уже предположила:

— Скорее всего, задушен.

— Как котенка, — вздохнула понятая.

— Врачи говорят, что дите во чреве матери смеется и плачет, — слезливо добавила вторая понятая.

Рябинин глядел на сморщенное личико ребенка. Похоже, младенец продолжает плакать. Не понимал следователь жен-щин-детоубийц: предохраняйся, не рожай, оставь ребенка в роддоме…

— Может, у матери сложилось безвыходное положение, — вдруг предположила дворничиха.

— И она убила человека, — зло усмехнулся капитан.

Рябинин вспомнил: в былые времена тайно рожденных называли «зазорными младенцами». Мария Гамильтон, из шотландских дворян, жившая в России, убила своего новорожденного. Петр Первый казнил ее путем отсечения головы.

— Так бы всех преступников, — согласилась с царем понятая.

— Нельзя, — буркнул капитан.

— А почему?

— Секира затупится, — объяснил Рябинин.

Он начал составлять протокол. Описание помойки, привязка к улице и дому, контейнер, пластиковый мешок, поза младенца… Фотография… Участковый с опером пошли по квартирам.

Потом они разошлись, занявшись каждый своим делом: эксперт — вскрывать труп, капитан — искать роженицу, Рябинин — начать расследование…

3

«Анонимка

Не называюсь, потому что анонимка. Я не зечка, не наркоша и не бомжиха. Простая девушка, официантка. И пишу не по злобе, а, как говорят в американских фильмах, ничего личного. Тогда почему не пришла в милицию и не сообщила в открытую: потому что она моя подруга.