— В принципе, нам сейчас требуется помощник администратора, но, сразу говорю, есть один нюанс, — Михаил Борисович хитро улыбался.

— Надеюсь, речь не об интиме? — улыбкой на улыбку ответила Анна.

— Что вы, конечно, нет. Просто у нас руководство несколько своеобразное. Зажимистое и требовательное. Но, правда, получка немного выше, чем в среднем по Москве. Впрочем, я не агитирую, родственникам я бы не посоветовал туда идти и сам бы не пошел. Тяжелая работа. Но пока другого выхода у меня нет.

— Может, на всякий случай, дадите свои координаты?

— Конечно, не проблема. — Ценный попутчик, подняв сиденье, вытащил из сумки кусок бумаги и ручку, записал номера телефонов — рабочего и мобильного. — Вот, звоните, если что.

…За окном мелькали разнокалиберные подмосковные дачи. На платформах кутались в выцветшие куртки и плащи пожилые дачники с тележками, наполненными «дарами природы».

Курский вокзал просыпался. Работали уборщики, открывались дневные ларьки, выползали из своих нор завсегдатаи вокзала — пахучие бомжи.

Выйдя из душного вагона, Анна вдохнула полной грудью. Это был воздух свободы, пусть немного по-промышленному спертый, но все же, она надеялась, свободы от безденежного прозябания, свободы от преследований бывшего мужа.

Богатенькое «государство» — город Москва, — окопавшееся в нищей, вымирающей и спивающейся России, давало для Анны надежду — надежду на новую жизнь, на защиту расстоянием от ополоумевшего муженька-маньяка.

Анну встречал троюродный брат.

В столице он жил уже лет пятнадцать и считал себя если не закоренелым, то уж бывалым москвичом. Среди мельтешащих туда-сюда людей он чувствовал себя как рыба в воде, тогда как для Ани вся эта суматоха казалась немножко диковатой.

В честь приезда сестры — не так уж часто она баловала братца, пусть и троюродного, своим присутствием, хотя приглашал в гости уже давно — брат устроил праздничный завтрак. После бессонной ночи в поезде, горячей ванны и плотного завтрака глаза слипались.