Так не раз случалось прежде с войсками Картагена и легионерами Империи: чужак не выживет в песках без помощи тех, кто рожден здесь. Зеленое знамя эль-Адреа водрузил в Джардисе над могилой Ахмата и не поднимал его в собственных войнах, хотя сражался часто и в основном с неверными, ведь свет Dar al-Islam, Дома покорных воле Аллаха, едва-едва достиг тех мест, где Керим намеревался основать державу. И основал, положив на это остаток жизни. Объединив и покорив племена северо-западных краев черного материка Нуб; частью то были берберы, мавры и их сородичи, частью - потомки заморских пришельцев, вандалов и готов, которые за три с лишним века до того разграбили южные имперские колонии и сокрушили древний Картаген. Царство Льва назвали Берберией; как ни странно, особых разногласий по этому поводу не было... Берберские галеры, подкрадываясь со стороны Внутреннего моря, держали курс на темную громаду горы Пути, Джабал Тарик. На мачте главной галеры гордо реяли на ветру два флага. Зеленое знамя джихада - чуть пониже, темно-красное с черным абрисом львиной головы полотнище стяга эль-Адреа - на самом верху. Ади ибн-Керим не был Львом, да и Львенком его давно уже не называли. Но сыном своего отца он все же был, и приказывать - когда надо, - умел так, что ветераны, только что скептически взиравшие на юнца-правителя, живо вспоминали низкий рык эль-Адреа и низко кланялись со словами "Внимание и повиновение!"

10. Прощай навек, отец

Мы были вместе с давних пор; и встретившись во сне, не завязали разговор о меркнущем огне, о тайнах Врат и безднах зла. Мы просто шли. Куда? Сквозь снов кривые зеркала, где грезилась беда. Мы шли, не говоря о том, что разделило нас. К чему слова здесь, где наш дом - мираж, обман для глаз; здесь, где дотла сгорел наш мир в тех яростных кострах, что от божественных от игр наш укрывали страх... Полет, паденье, переход по лезвию ножа... Не всякий в нашем сне найдет былых страстей пожар; теперь здесь хлад и серый снег, приветствующий ночь...