– Вообще-то далековато.

– Ката, его дом в четырехстах километрах от Москвы.

– Ого!

– Мы едем в Эдем, – свекровь закатила глаза. – Пять гектаров земли. Мать моя! Вот где я разгуляюсь-то!

– Значит, вы согласны?

– Конечно, согласны, котик.

– И когда сможете приехать?

– Дай нам один день на сборы, и послезавтра мы выезжаем.

– Розик, ты прелесть! Теперь я точно знаю – операция пройдет успешно. Но на всякий пожарный мы с тобой завтра съездим к нотариусу.

– Зачем?

– Я составлю завещание. У меня нет близких, и в случае моей смерти… состояние, включая недвижимость, достанется тебе.

– О-ой!.. Ката, ты слышала? Вот это поступок! Поступище! Я сейчас лишусь чувств. Скоро я стану полноправной хозяйкой особняка… э-э… я хотела сказать… Кеша! Все будет хорошо!

Проводив Красницкого, Розалия вернулась в спальню невестки.

– Ну, что скажешь? Впечатляет? Чего вылупилась, обалдела от счастья? Я тебя понимаю. Сама вся в эмоциях. Ох, Кешик, Кешик, сколько лет прошло! Постарел мой котик, поседел, а какой был красавец. У-у! Одним взглядом пронизывал насквозь. И темперамент под стать. Помню, застукал он меня с мужчиной, такой скандал закатил – мама, не горюй! Конечно, я, как интеллигентная женщина, попыталась объяснить Кешику, что это вовсе не любовник, а телевизионный мастер, но он мне не поверил.

– Почему?

– Ну… как тебе сказать… мастер был без одежды.

– Все ясно. А куда он сейчас поехал?

– Так у него, оказывается, квартира в центре Москвы, недалеко от нашей. Представляешь? Во блин, как тесен мир!

– Не нравится мне эта затея с переездом.

– Господи, что опять не так?

– Как-то все неожиданно.

– Прекрати ныть, завтра чтобы собрала шмотки! В имение Кешки мы поедем на твоей машине, а для перевозки моих вещей наймем микроавтобус. По приблизительным подсчетам, у меня будет девять чемоданов.

– Розалия Станиславовна, мы едем туда всего лишь на пару месяцев.