Вот это был хилый аргумент: от Галькиного дома до лицея нисколько не ближе, разве что пару минут выиграешь, да и то если припустишься галопом. Думай, Яна, думай! Единственная спасительная лазейка, по любому раскладу, — этот самый ДР. Можно невинным голосом сослаться на него и выклянчить себе незапланированную поблажку: "Могу же я хоть раз в году!.."
День рожденья свой Янка никогда не любила. Более того, каждый год терпеливо пережидала, когда же это неприятное событие пройдет, как грозовая туча над головой, и можно будет снова расслабиться и жить дальше. Обычно под эту самую "дату Х" случалось что-то напряжное, ну или просто ее колбасило не по-детски: было грустно и одиноко, жизнь казалось серой, беспросветной и лишенной хоть какого-нибудь смысла. К тому же на улице с завидным однообразием из года в год лил занудный мелкий дождь, и угораздило же родиться в конце октября!.. Всё один к одному, полный джентльменский набор.
Что интересно, уже в первых числах ноября депрессия обычно улетучивалась без следа, будто корова языком слизала. Яна еще в детстве наполовину в шутку заключила с распорядителями своей судьбы своеобразный пакт о ненападении: так уж и быть, несколько дней под ДР она может погрустить, раз Они так хотят и без этого никак не обойтись… Но взамен пускай все остальные триста шестьдесят дней в году на душе будет солнечно и светло, вроде заслуженной компенсации.
Однажды она вычитала в случайно подвернувшемся под руку астрологическом журнале, что приступы хандры именно под ДР могут быть связаны со звездами и планетами, что в момент ее рождения восходили над горизонтом. Вот против них, пожалуй, не попрешь… Там еще как-то по-хитрому всё объяснялось — поврежденное Солнце, что ли. (Кто его так жестокосердно повредил, Яна уже не помнила: на тот момент не показалось настолько важным, чтобы делать резервную копию в память.)