Один из стражников сообщил:

— Мы старались устроить тебя как можно удобней. Ты ни в чем не будешь испытывать недостатка. Волос не упадет с твоей головы.

Глаза ее по-прежнему были завязаны. Молли вспомнила фотографии американских пленных в иностранных тюрьмах. Привязанные к стульям, они часто сидели с мешками на головах. Если ее тоже будут держать в таких условиях, она сойдет с ума. Практика поведения заложников, пройденная в Военно-воздушных силах, позволила узнать о себе очень многое. Но любой заложник хотя бы догадывается, в какой стране он находится, кто его похитил и почему. Ничего из этого ей неизвестно, и пока не за что зацепиться.

Наконец один из похитителей снял с ее глаз повязку, и Молли на мгновение полностью ослепла, зато потом впервые получила возможность разглядеть своих спутников. Теперь их лица были открыты — ни капюшонов, ни масок. Трое мужчин стояли и сверху вниз смотрели на Молли. Их кожа пастельных тонов имела целую гамму оттенков, от бледно-голубого у того, который снял с нее повязку, до зеленоватого у стражника подле двери и золотисто-кремового у мужчины, на коленях подававшего ей пушистое мягкое полотенце и чашу с исходящей паром душистой жидкостью, очевидно, для омовения рук. Их густые, длинные волосы были темнее кожи, но сохраняли тот же оттенок. Молли они вдруг представились забавно выкрашенными к Пасхе цыплятами-переростками, костлявыми и невероятно высокими. Волосы стражников были убраны в сложные и даже изысканные прически: косы, пучки, прихотливо уложенные пряди, а в миндалевидных изумрудных глазах все-таки обнаружились зрачки, но никаких признаков склер.