И ведь верно, подумал великий герой, уж если я не способен даже на такой пустяк, куда мне на подвиги! А друид, скрывая ухмылку в косматой накладной бороде из оленьего мха и волчьего меха, доподлинно знал, что в назначенный срок его у трех кривых дубов не будет. Во-первых, дождавшись, пока великий герой смоется из дому, он наложил на всю семью заранее подготовленные чары, так что те были свято уверены, что младший сын Ниал еще позавчера отправился погостить к троюродному дядюшке О'Как-его-там, в южные Ланды. Месяца на два-три. А возможно, он вовсе решит обосноваться в тех краях, поскольку у дядюшки имелась, помимо всего прочего, курносенькая дочка с бедовым взглядом и медовым голоском... Во-вторых, друид снял другие чары, наложенные на место рождения великого героя за девять месяцев до сего знаменательного события. Он точно знал это время и место. Сам накладывал, в конце концов. В-третьих, старик подготовился встретить тех, кто явится проверить остывший след старого пророчества. Встретить - и позаботиться, чтобы они уж точно не промахнулись мимо горячего следа, который оставило то же самое пророчество, перешедшее в стадию исполнения. А в-четвертых, великому герою необходимо эту часть своего путешествия проделать в одиночку. Но конечно, проведать об этом заранее ему никак не дано.

ВЗГЛЯД СБОКУ

Семь бронзовых стен, семь железных врат

и семь золотых дверей

откроет герою названный брат,

ушедший за семь морей.

Семь бронзовых плит, семь железных замков

и семь запоров златых

падут перед ним, когда снимут покров

с семи надгробий пустых.

- Ты все за свое. Ну скажи, что тебе в этом дурацком пророчестве? - Абсолютно ничего. - Тогда я тебя не понимаю. - Разве когда-то было иначе, Тетра? Черный плащ вяло дернулся, когда громадный вороной конь переступил передними копытами. Обледеневшая трава хрустнула. Затянутая в черную перчатку рука сдавила желудь и бросила бесформенный комок на землю.