Барабаны разбудили меня на рассвете; из-за вчерашних огорчений я забыла о своих затычках. Прислушавшись к их четкой дроби, я проснулась совсем. Двенадцать крыльев поднялись из Вейра Айген, чтобы отразить очередную атаку Нитей.

Как смогли в Айгене набрать двенадцать крыльев, если половина всадников лежала в бреду, и рука смерти уже коснулась Вейра? Восемь, может быть, девять… если сообщения о их потерях были точны… Вряд ли в такое ужасное время кто-нибудь стал передавать неверные сведения. Набросив платье, я спустилась в кухню — к удивлению слуг, заваривавших только первый из многих котелков с кла. Его ароматный запах витал под закопчеными сводами; я выпила чашку, и напиток согрел меня, заставив на миг позабыть вчерашние обиды. Когда появился Фелим, я помешивала овсянку в огромной кастрюле. Повар выглядел смущенным.

— Я отправил в лагерь целую корзину… еда была почти не тронута, моя госпожа! Не понравился обед?

— Не обижайся, Фелим, ты тут не причем. Немногие из нас могли есть вчера.

— Она осталась недовольной. Мало сладкого! — жалобно сообщил мне наш главный повар. — Чтобы приготовить еду, надо время — разве она не понимает? Если я получил приказ в середине дня, то ничего не успею сделать даже разорвавшись на части!

Я сказала что-то успокаивающее — больше по привычке, чем из желания оправдать в его глазах Анеллу. Недовольный повар мог стать причиной изрядных потрясений в таком огромном холде, как Форт. Анелле предстояло учиться на своих ошибках; пройдет немного дней, и она узнает, как нелегко управляться с нашим хозяйством.

И вдруг я поняла, что эта маленькая дрянь действительно стала госпожой Форт холда, захватив и власть, и почет, принадлежавшие прежде моей матушке. Но кое-что не должно было попасть в ее руки. Я дала Фелиму пару советов, вытекавших из реального положения дел, и помчалась в рабочую комнатку матери на первом подземном уровне.