Расти Нейлз резко открыл глаза и, издав истошный крик, рывком вскочил с тюремной койки. Опустившись на холодный каменный пол, он неудачно поставил ногу и тут же подвернул лодыжку. Лишь тогда ему удалось отойти от ужасного кошмара и вернуться в не менее ужасающую действительность, когда его грузное тело распласталось на сыром и грязном полу всеми ста сорока килограммами живого веса. Расти пробурчал под нос целую терраду проклятий и принялся медленно подниматься на ноги. Пострадавшая лодыжка сильно болела. Нейлз попробовал пошевелить пальцами. Четыре пальца послушно отозвались на приказ хозяина. Пятый же не смог отозваться по причине своего отсутствия. Расти потерял его еще в девяносто втором, когда грабил пригородную заправочную станцию. У стоящего за прилавком старика в потайной нише был спрятан увесистый «Кольт». Старик направил его прямиком в лоб зазевавшегося Нейлза и выглядел весьма решительно в желании его применить. Расти закрыл глаза, силясь вспомнить хоть одну самую коротенькую молитву, когда к старику подскочил Малыш Книи, чернокожий паренек с индейскими и африканскими корнями, прозванный так за ужасный нарост на правом колене и огромный болезненный вес. Он со всей силы опустил зажатую в обоих руках биту на вытянутую вперед, худую и жилистую руку продавца. Хруст сломанной кости пронесся между прилавками с чипсами и шоколадом. Рука старика опустилась под тяжестью биты а палец нажал на спуск. Раздался выстрел, Книи размахнулся во второй раз и прикончил продавца ударом по голове, а Расти остался без мизинца левой ноги. Случись пуле пройти чуть правее, на ноге Нейлза пальцев и вовсе бы не осталось. Калибр у пули был внушительный. Повезло, одним словом. Расти присел на край тюремной койки и, окончательно убедившись в том, что лодыжка не сломана, обвел взором свою одиночную камеру.