И мы действительно напоролись на медведя гризли. Это случилось на второй день. Медведь ринулся прямо на меня. Я быстро прицелился и первым же выстрелом поразил его прямо в сердце. Все это видели. Мой выстрел был великолепен. Никто не сомневался, что медведь уже мёртв. Я также был в этом уверен. Но медведь думал иначе. Спустя десять секунд, когда я приблизился, медведь сломал мой "везербай" как спичку. Деревом, на которое я успел взобраться, оказалась дрожащая осина. Я дрожал тоже. Медведь со смертельной раной в груди молниеносно поднялся во весь рост, и его горячее дыхание обожгло мою задницу. Каким-то чудом я успел сорвать с пояса револьвер сорок четвёртого калибра и разрядить всю обойму прямо в распахнутую медвежью пасть, доконав зверя окончательно. Но и на этот раз прежде, чем умереть, медведь успел одарить меня злобным взглядом, ударить лапой и сорвать торговую марку с моих джинсов "ливайс". Лишь после этого он успокоился навсегда. С тех пор индейцы стали меня называть Медвежьей Лапой.

Я терпеливо ждал пока Мак-Кэйб придёт в себя, но он продолжал:

- Почему ты, проклятый метис, строишь из себя чистокровного индейца?! Я рос в четырёх милях от резервации Торчащая Скала! - адмирал Мак-Кэйб ударил себя в грудь. - Я рос вместе с настоящими индейцами лакота - великим племенем сиу! Это тебе не какие-нибудь поганые диггеры!.. - Мак-Кэйб неожиданно заткнулся, придвинул свою разъярённую физиономию ещё ближе к моей и перешёл на змеиный шёпот: - Только пять человек в мире знают о нашей операции и о том, что ты должен сделать: Президент Соединённых Штатов Ричард Никсон, госсекретарь Лейард, командор Сэмпсон, шеф британской разведки сэр Джулиан Кииз и я!

Я вытянулся по стойке смирно.

- Я должен стать вшивым шпионом, сэр?

- Это как минимум.

- А как максимум? - не сводил я с адмирала преданного взгляда.

- Подсадкой! - глубокомысленно изрёк Мак-Кэйб.