Да! Прав Владивлад - теперь совсем не время думать о себе, ибо теперь уже сама наша Земля может вот-вот погибнуть, и, значит, нужно всем спешно сходиться заодин, и Лайм так Лайм, и колдовство так колдовство, но нам бы сперва выстоять, а после опрокинуть криворотых, и гнать их, гнать, под корень изводить, чтоб ни один на Шеломяни не вернулся, а самому опять прийти в Ярлград, сесть на почетную скамью, вновь называться старшим ярлом...

Ну и что? Ну, одолеем криворотых, истребим, я стану старшим ярлом... Так я им уже был! Но радости от этого не чувствовал. А, как и нынче, я мечтал лишь об одном: узнать, кто я такой и кто мои родители. И ради этого я Хальдера убил, ушел в Окрайю, бился с Винном - но ничего ведь не узнал! И только уже здесь, три дня тому назад, я видел ключницу и самого себя, теперь я вижу ярлову и самого себя. И, может быть, еще через три дня...

Три дня! Я даже вздрогнул. Х-ха! Три дня вверх по реке от Уллина, в поселке, в крайней хижине...

И я зажмурился, открыл глаза, опять зажмурился, открыл, глянул внимательно...

Очаг. А в нем огонь. Огонь - и больше ничего. И это хорошо!

А Владивлад - он, видно, и не замолкал, - сказал тогда:

- ...А остальное все уже готово. Так что, сам видишь, сборы будут скорые. И Барраслав спешит! И потому, я думаю, мы с ним примерно где-то на полпути и встретимся. То есть три дня до этой встречи нам всего-то и осталось!

Три дня, он говорит. Опять три дня! Три дня вверх по реке от Уллина! Я обернулся, посмотрел на Владивлада. Он встал, сказал:

- Решайся, Айгаслав! Конечно, можешь бросить все, опять уйдешь в Окрайю. Но ты ведь здешний ярл. Ярл всей Земли!

Я не спешил с ответом, думал. Потом-таки сказал:

- Дело весьма серьезное. Я должен посоветоваться с Лаймом.

- А раньше ты советовался с Хрт.

- Хрт мертв!

- Для Лайма он всегда был мертв.

- Тогда ему лучше уйти обратно в Окрайю и унести с собой свое колдовство!