Винер зарыдал. Саможалость и бессилие выносились наружу мощным потоком. В момент, когда объемы исходящей жидкости стали угрожать затоплением близлежащих предметов, он решил отвлечься и подумал, что такой бурной реакции не было уже давно. Настолько давно, что не представлялось возможным вспомнить, бывал ли он в подобном состоянии когда-либо вообще.

«Странное дело… Вы пленили сами себя и начисто об этом забыли. Я напомнил. Я вас уже практически освободил. Я, можно сказать, ваш персональный Моисей! Вы же пытаетесь утопить меня в водах, которые давеча расступились, дабы дать вам шанс на спасение».

Винер слабо улыбнулся.

— Когда лишаешься опоры, создается парадоксальное, если вдуматься, впечатление, что держишь на плечах весь мир. Колени предательски дрожат. Вам ведь наверняка известно уже, какими последствиями чреваты подобные ситуации.

«Да, многие не выдерживают. Выход из подземелья опасен возможностью ослепнуть. Или непреодолимым желанием вернуться обратно — свет слишком яркий, чуждый. Однако, познавшие этот свет и то, что он освещает, превращают некогда привычную тьму в неумолимого убийцу. В вашем случае выход на поверхность носит необратимый характер. Вы ведь не согласитесь с ролью прозревшего крота?».

— В том смысле, что стану продолжать кротовью жизнь, обретя полноценное зрение?

«Да».

— Не соглашусь. Это вряд ли совместимые вещи.

«Таким образом, ваша задача вытерпеть, прежде чем отыщется новая опора. Ваша сущность, так сказать, сущность творца не предполагает иного варианта, уж поверьте. Испытание светом — непростое мероприятие, но поймите и примите, что в вашем нынешнем эрзац-мире вы смотритесь нелепо.

Главное, не соблазняйтесь возможностью суицида. В какой-то момент самоубийство может показаться чертовски логичным решением. К слову, на вашем месте я бы уже только из чистого любопытства вышел бы в окно — проверить актуальность некоторых ньютоновских постулатов, а заодно некоторое время поглазеть на альтернативный этой комнате окружающий мир… Это шутка, Винер. Ученые пока не могут рассказать, что происходит после смерти. Поэтому, сами понимаете — гарантий никаких. Остается стоически терпеть…