Как обычно, девчата проснулись почти одновременно. Первой встала Лида, но не успела она спуститься на землю, как из люка в полу хижины показалась Светка. И почти сразу за ней - Люба. Мишку они отыскали под навесом из ветвей, к которому вела заметная тропинка. Он разделывал дольчатые яблоки, удобно устроившись за дощатым столом. Тонкая, как у граната, кожура легко, словно обертка, снималась со спелого плода. Сердцевина распадалась на одиннадцать долек, формой похожих на апельсиновые, но плотные, как зимнее яблоко в момент сбора. Вкус... не с чем сравнивать, однако изумительный.

Дольки раскладывал на широкие плетеные подносы и выставлял под палящие лучи полуденного солнца прямо на раскаленный песок пляжа тут же рядом, сразу за краем тени могучих деревьев. Лида и Светка сразу включились в разделку, а Люба, взяв пустые корзинки, принялась подносить новые порции яблок из соседних зарослей. Мишке пришлось перетаскивать плетенки на просушку и обратно, и ссыпать готовый продукт в заранее приготовленные корзинки. Работа пошла, как на конвейере.

Сначала лишь перебрасывались короткими фразами, касающимися исключительно дела, но постепенно разговорились. Вопросы задавал Мишка, а отвечала Светка, самая бойкая из троицы.

- А что, кроме меня из лагеря больше никто не ушел?

- Ушли Колян и Витян, с ними Кузя и Сява, и еще Оля, Юлька и обе Лариски. Четыре дня назад. Наши интеллектуалы отправились удить рыбу, как раз удобно получилось. Без скандала с Его Высочеством.

- Так даже до этого дошло?

- Дошло. Лешка сказал, что самое естественное состояние человеческого общества - это монархия. И что по праву сильного он узурпирует власть.