- И что остальные?
- Смолчали. А потом ушли все, кого он не назначил к себе в придворные.
- А какие должности он даровал вам?
- Подданные.
- Здорово. Так почему же и вы не ушли?
- Чтобы тебе было проще нас найти. Ты ведь обещал проведать, как устроишься.
Откровеннее не скажешь. Мишка замер и повернулся. Три пары глаз смотрели на него, как жерла пушек, и ему стало не по себе. Сделав вид, что ничего особенного не произошло, он продолжил работу.
- Так вы полагаете, что произошел раскол из-за обиды, когда главарь разделил всех на любимчиков и остальных?
- Похоже.
К этому моменту в работе обозначился перерыв. Все подносы оказались на песке, но ни на одном сушка еще не поспела. Мишка присел за стол и уверенным жестом показал Любе, чтобы тоже села.
- Настало время для обстоятельного объяснения, - сказал он и увидел тревогу в глазах своих слушательниц. Взяв со стола неочищенное яблоко, продолжил, - смотрите. Это планетный сфероид. Вот экватор, - прочертил ножом поясок, - вот полюса, - показал на остаток плодоножки и выемку на противоположной стороне плода.
- Теперь помещаем наблюдателя на сорок пятую параллель, - пометка крестиком, - и наклоняем ось на те же сорок пять градусов. Смотрите, в середине лета солнце в полдень в зените, а в полночь только чуть касается горизонта. Это было в момент, когда нас сюда занесло, пятьдесят здешних суток назад, что примерно равно земному полугоду. Посмотрим теперь, что ждет нас зимой. Полярная ночь, и только раз в сто часов - короткий проблеск зари. Так что представление об этой планете, как о крае вечного лета, ошибочно. Нас ждет еще почти два года зимы.
Добавлю, что период устойчивой летней погоды должен вот-вот кончиться. Пора заботиться об убежище, одежде и припасах.
- Так ты об этом пытался толковать тогда, перед уходом. - Констатировала Лида. И все примолкли, вспомнив отвратительную сцену, когда богатырь Леха взял за ухо маленького Мишку и, велев не пороть чушь, пинком вышвырнул из круга вокруг костра, где они собирались коротать свою первую на этой планете ночь, которая оказалась переходом вялого заката в такой же медлительный восход.