Так больше нельзя... Так недолго и перейти от добровольного посещения психолога к принудительному лечению. А все эти новости, будь они прокляты. Они сделали из меня такую тряпку, довели то этого дурацкого состояния. Как будто нельзя поменьше говорить обо всех бедах. Неужели с утра до вечера надо твердить о том, что не все в мире хорошо? Как легко было жить триста лет назад, когда не было ни телевизора, ни интернета, ни газет. Или газеты уже были? Неважно... Не было бомб. А сейчас стоит открыть газету - смерть, смерть, смерть... Но, может быть, все дело в том как это воспринимаю я. Вот, например, газета. Я могу ее открыть, спокойно прочитать о том, что произошло за тысячу миль от Бостона, немного посочувствовать неизвестным мне людям, мгновенно забыть об этом и перейти к разделу искусства. Конечно, я могу так сделать... В этом нет ничего сложного.
Он протянул руку, раскрыл огромный шелестящий лист и сразу же увидел эти кричащие строчки. 'Вероятность новых терактов невероятно высока'. 'Федеральные силы безопасности приведены в состояние повышенной боевой готовности'. 'Выступая сегодня на пресс-конференции, министр обороны не отрицал возможности террористических ударов по стратегически важным объектам в течение следующих суток'. 'Представитель ФБР подтвердил, что террористические ячейки на территории США активизировались'.