Еще 100 километров, еще 50.

На лбу Йошико выступил холодный пот, сердце билось у самого горла. Она выдохнула и задержала дыхание, когда Пейнод ударил ее прямо в лицо со скоростью выпущенной из ружья пули.

Илъяна!

Кулак гиганта врезался ей в лицо в тот момент, когда двигатели, в соответствии с планом, включили зажигание и полную тягу. Сила, не допускавшая сопротивления, буквально оторвала руки Йошико от консолей и прижала их, почти вывихнув из суставов и причиняя сильную боль, к стене кокпита. Голова оказалась повернута и вжата в спинку кресла пилота. Ей стоило больших усилий сделать один-единственный вдох, и это усилие отозвалось резкой болью в легких. Широко раскрыв глаза, Йошико, обреченная на полную неподвижность, видела, как неумолимо приближается острый хребет горного массива, в то время как «АП Весельчак», похожий на всадника на огненном коне, все быстрее падал в вихре пламени на поверхность Пейнода.

Глухая вибрация двигателей проникала сквозь обшивку корабля в компрессионный костюм девушки и, смешиваясь со скрежетом генераторов, превращалась в какой-то адский шумовой фон. Компенсаторы пытались овладеть ситуацией и справиться с нечеловечески мощной силой Кориолиса.

Когда «АП Весельчак» на высоте каких-нибудь ста метров пронесся у самой кромки горного массива, у Йошико от ужаса вырвался не то полувздох, не то полувсхлип. Она ощутила, как ледяная рука смерти ворвалась в ее разум с силой, которая была для нее внове и очень ее удивила. Она не хотела умирать, не теперь, не так! Даже та вышедшая из повиновения сингулярность, там, далеко в пустоте космоса, не внушала Йошико такого ужаса. Конечно, она всегда любила рисковать, но, кажется, на этот раз превысила свой лимит везения. Она рассчитала маневрирование, которое называлось качели, так, как подсмотрела у Зера Альмана много возур назад. С одной стороны, это было необходимо из-за недостаточной гравитации Пейнода, а с другой — для того, чтобы выиграть пару дополнительных сезур у Зендира т'Гррта. Но она опасалась, что эти сезуры в итоге ничего ей не дадут.