«Убрать перископ!» — крикнул я быстро. По направлению к нам шел эсминец. Я не знал, видел ли он перископ или нет, но я не хотел, чтобы предупреждение о присутствии подводной лодки было дано до того, как я получу возможность нанести свой торпедный удар по противнику.

В течение некоторого времени мы вслепую шли под водой, не рискуя поднять перископ. Наш курс лежал, к северу от вершины полуострова, по направлению к Габа Тепе. Там, перед северными отмелями, в перископ был замечен другой линейный корабль. Мой справочник показал, что корабль принадлежал к типу «Триумф». Подобно пигмеям, охраняющим гиганта, вокруг него циркулировал густой рой патрульных судов и эсминцев.

«Убрать перископ!» — и мы нырнули на семьдесят футов, направляясь к линкору и проходя на глубине линию патрульных сил. Шум их винтов был хорошо слышен в лодке.

Через четыре с половиной часа после того как я заметил линейный корабль, оказавшийся самим «Триумфом», я маневрировал на «U-21», выходя в точку для торпедного выстрела и лишь на самые короткие мгновенья показывая перископ на ровной поверхности моря.

Затаив дыхание, мы стояли с вахтенным офицером в боевой рубке.

«Поднять перископ!». «Триумф» стоял бортом к нам в трехстах ярдах расстояния. Никогда еще подводная лодка не имела такой великолепной цели.

«Торпеда — пли!» Мое сердце сильно билось, когда я отдавал эту команду.

А затем наступил один из ужасных моментов. Подозрение и нетерпеливость схватили меня в свои железные объятия. Не обращая внимания ни на что, я приказал поднять перископ. Выпущенная с лодки торпеда быстро шла вперед прямо туда, куда была направлена, — к носу нашего громадного противника. Из воды поднялось огромное облако дыма. Мы услышали в боевой рубке сначала сухой металлический звук удара, а затем сильный взрыв.