Вернувшись на баркас, англичане громко заговорили — по-прежнему на итальянском языке — о том, как красива церковь Пресвятой Девы Лурдской. Мало ли кто подслушивает. Во время разговора Смит достал из кармана подобранную в церкви бумажку. Записка была краткой и ясной: «Замок Трсат, мавзолей, послезавтра вечером, 22:00».

Тот самый мавзолей? «Чертова мелодрама,» — подумал Смит. Он передал записку Дринкуотеру. Читая ее, товарищ Смита удивленно приподнял брови. Потом он кивнул и разорвал бумажку на кусочки.

Оба вышли на палубу. Замок Трсат (или то, что от него осталось после долгих лет запустения) возвышался над Риекой с загородных холмов. Судя по его виду, там скорее прятались вампиры, чем сербский агент, с которым им надлежало там встретиться. Он также находился в неприятном соседстве с базой люфтваффе, чьи ракеты защищали местный фабричный район.

Но если серб добрался туда через всю Хорватию, чтобы войти в контакт с британской военной разведкой… Что сделать весьма не просто, особенно в стране, где фраза «Ваши документы?» давно уже заменила собой приветствие «Добрый день»…

— Нельзя подводить своих, — тихо сказал Смит.

— Пожалуй, что нет, — согласился Дринкуотер, понимая товарища без труда. После чего его глаза непроизвольно снова уставились на замок Трсат. Его лицо обычно не выдавало чувств своего владельца, но сейчас он был явно не в восторге от развития событий. Через секунду это подтвердили его слова: — Но разве не хочется, чтоб было можно? Хотя бы на этот раз?

Смит изо всех сил старался изображать на лице беспечность, неся вместе с Дринкуотером плетеную корзину по улицам Риеки. Из корзины выглядывало несколько горлышек бутылок с вином. Подойдя к блокпосту, Смит достал бутылку и протянул ее полицейскому.