- Нравица падарочки да-арить? - нараспев произнёс он. - А пла-атить са-абираешься?

Я угрюмо молчал. Шиза подкралась незаметно. Вот и она - вторая стадия.

- Предупреждали? - прозвучал извечный вопрос.

Я кивнул.

- А ты не понял, - прозвучало извечное продолжение.

Кивать расхотелось. Но это, как вы понимаете, был уже не вопрос.

Подул ветер. Сильно-сильно. Ужасающий порыв сбил меня с ног, опрокинул, прокатил до мусорных баков и шваркнул об ящик, из которого призывно торчали еловые лапы. Голова противно загудела, будто там выстроили колокольню, с которой сейчас предупреждали о чём-то страшном.

А потом меня подбросило вверх. И вдарило об стену. И ещё раз. И ещё. Дикая боль моментально отшибла способность считать. Дома неласково принимали незваного гостя, и каждый норовил отфутболить его соседу. Они словно соревновались, кто наподдаст мне сильнее. Хотя я отлично понимал, что это всего лишь ветер. Зато какой ветер.

Порыв утих, напоследок сбросив меня на сырой продавленный диван, от которого за версту несло гнилым тряпьём.

Фигура в дублёнке склонилась надо мной.

- Надолго запомнил?

Я лишь промычал в знак согласия. Разве возможно забыть, как перед глазами выплывает окно, за которым уютная комнатка, залитая неярким светом. Небольшая кровать. Розовая наволочка на подушке. Суровый мишка, утонувший в кресле. И меня несёт прямо в стекло. Лишь в последний момент ветер круто сворачивает. И вместо звона разбитого стекла, который почти прозвучал, следует костедробительный удар.

А после гостиная. И лампа с голубым абажуром. И часы, беззвучно качающие маятником. В голове выстраивается чёткая картинка, как я проношусь через гостиную и со всего маху... Но ветер передумывает, и меня снова встречает стена.

Я поднялся. Трость прижала полураздавленное тело к глухой стене.

- Вторая стадия, - сказал Зимний Снайпер.

И тут из стены напротив вышел Дед Мороз.