- Клюнут, - уверенно сказал Аблеухов. - Либералы наши делают заключения механически, подобно автоматам. Ежели начальство что-то запрещает - так значит, это самое нужно всячески поднимать на щит. Тем более, хорошей либеральной литературы в России не появляется. Читали ль вы пресловутое сочинение Герцена?
- По долгу службы, - скривился Бугаев.
- И как?
- Любопытно... для любителей несвежих сплетен. Но к художественной прозе отношения не имеет, - молодой помощник пожал плечами.
- Вот-вот, - мстительно поддакнул старик. - Никого у них нет.
- Разве Боборыкин? - вспомнил Бугаев. - Хотя, конечно, никакой он не либерал, а просто фрондёр.
- Что Боборыкин? Сравнительно с любым европейским писателем средней руки весь Боборыкин - пфуй! - он сдунул с ладони несуществующее пёрышко.
Принесли шербет и горячее. Мустафа, напустив на себя командирский вид, принялся распоряжаться расстановкой блюд и приборов, как будто это были части и дивизии.
- А Толстого роман - не пфуй, - вздохнул Борис, прижимая вилкой кусок только что сдёрнутого с шампура кебаба и занося над ней нож. - Посудите сами даже с точки зрения материальной. Четыре тома. Шестьсот сорок пять персонажей. Охвачена эпоха в семнадцать лет. Вставки на русском языке...
- Велик почёт - вставки на русском! Я лично считаю лучшим достижением нашей словесности вот его, - он показал глазами на Мустафу. - Потому что они учат русский, а не английский какой-нибудь, хоть на английском написаны шекспировы сонеты.
- Это скорее по части побед русского оружия, - заметил Борис.
- Оно-то верно, - Аблеухов согнул палец крючком, как это он делал, желая высказать сложную идею, - однако и недостаточно. Я в плохое время тоже вот думаю о бренности наших усилий. Да, крест на Святую Софию мы вернули, что нам на небесах зачтётся. Но нет у нас тех, кто воспел бы сей подвиг на земле. Зато европейцы перелагают свои жалкие войны и поражения самым соблазнительным образом. А ведь книги суть летописи подвигов народных... Но на это есть одно существенное контрсоображение. Тут недавно презентовали мне сочинение китайского мудреца Сунь-чи. В котором сказано...