Надинька надулась:

– Так больше не шути, Петенька. У меня от страха чуть сердце не выскочило. Это что же получается? Ты в одиночку будешь призраков уничтожать в нашем подвале? Впрочем… – она придирчиво оглядела мощные плечи и налитые кулаки кадета Тихогромова, – если призраков немного, мы с тобой справимся вдвоём! Знаешь, что я придумала? Сейчас праздник начнётся. Ну этот, дурацкий. Мне дедушка не велел на него ходить. Я и сама не хочу. Но давай подождём, когда все рассядутся, и потихоньку спустимся в подвал. Никто мешать не будет.

Внучка генерала Еропкина потащила кадета через школьный двор к празднично украшенному подъезду.

– Пахнет у вас… как в детстве в деревне! – удивился Тихогромов и стал оглядываться.

– М-дя, действидельдо, – прогундосила Морковка, зажимая нос двумя пальчиками.

– Целую машину навоза зачем-то привезли? – удивился Петя. – Что это они решили в октябре клумбы удобрять, странно…

К корпусу младших классов жался «Зилок» с провинциальными номерами и чёрной жижей в кузове. А напротив, у главного входа, уже пестрела толпа: мигали лампочки, верещала чудо-рамочка, чуткая к металлам. Вокруг рамы бдили милиционеры. Гостей вежливо понуждали выворачивать внутренности рюкзачков и сумочек. Оно и понятно: по телевизору третий день говорили о просочившейся в столицу банде сепаратистов.

Петруша, приоткрыв рот, глядел на входные двери, в которые, позванивая холодным оружием, заходили и не спеша осматривались чудища – молчаливые, плечистые, и отчего-то действительно страшные, несмотря на дикие парики и пластмассовые бивни. Это были массовики-затейники, как пояснила Надя. Директриса пригласила студентов ГИТИСа поработать на празднике чудовищами, повеселить гостей.

Школьники приветствовали необычных клоунов радостным визгом. Первым преступил порог пожилой вампир в чёрном фраке с крахмальной манишкой, с голубоватым злым лицом, которое подпирал под самые веки негнущийся воротник. Следом, громыхая развалившимися ботинками, ввалилась громадина без шеи, с развороченной мордой – чудовище Франкенштейна, неладно скроенное из клочков рыхлой резины цвета мёртвой плоти. Из-под локтя у гиганта выскользнул вёрткий призрак заколдованного самурая с гнилым черепом вместо лица, с рукоятью азиатского меча, торчащего из-за спины.