— Мистер Элевен, хозяин ждет вас и ваших спутников, — прервал его рассуждения голос бармена. К тому не подходили, значит, тут другой тип связи. Микропередатчик. Или просто загорелась лампочка под стойкой…

Когда Эндрю зашел в кабинет хозяина «Орешка» и со словами: «Привет, Брюс! Познакомься, это…» сделал шаг в сторону… Первая мысль Эрка была — «Твою мать!», а первое движение — к «маузеру» на поясе. Судя по выражению лица Брюса, мысль у него была точно такая же. Рывок руки, правда, под стол, а не к поясу, тоже ничем не отличался от движения Капитана. Как в зеркале…

А потом оба вспомнили, ГДЕ, а главное, КОГДА они встретились, и… синхронно рассмеялись. На всякий случай, держа руки на виду друг у друга…

— Пятый, а ты не мог бы попросить свою подругу убрать револьвер, — сквозь смех сказал Брюс. — Тебя-то я знаю, а вот ее — нет…

— Дана, спрячь оружие и познакомься, — смех, наверное, нервный, от неожиданной встречи никак не хотел прекращаться, но Эрк очень старался. — Мой самый любимый враг — Борис Тагера, он же Сотник, он же Брюс…

— Этого хватит… а то запутается, — прервал перечисление хозяин «Орешка». — Ты, Пятый, все такой же… «Любимый враг» — это ж придумать надо!

— А что — «Два умных врага всегда договорятся, это с дураком не договоришься!». Точка, конец цитаты. Читать надо не только агитки…

— А может, уже и не враг… хотя я и не стал бы на это ставить. — Брюс наконец-то отсмеялся и теперь говорил серьезно: — Все зависит от того, что каждый из нас здесь делает. И, кстати, агиток я уже давно не читаю — надоело…

— А как же — «Украина от Сана до Дона»?

— А никак. Бред все это… как и «Единая и неделимая». Или «Союз нерушимый». Как и все остальные, нахх, «лозунги для баранов»…