Калинов пожал плечами. Последний раз он гулял с чужой девчонкой лет восемьдесят назад.

- Послушай, Игорь, - сказал он.

Крылов мгновенно весь подобрался и стал похож на испуганного, съежившегося зверька.

- Откуда ты знаешь мое имя? - шепотом спросил он. - Шпионишь?.. Тебя подослала моя мать?

Он быстро оглянулся по сторонам, словно подумал, что мать выйдет сейчас из-за ближайшего дерева. Все было тихо. Крылов снова посмотрел на Калинова. В глазах его появился странный блеск.

- Вообще-то у нас здесь не убивают, - сказал он. - Но ведь со шпионами во все века поступали именно так!

Он поднял арбалет на уровень груди, и Калинов понял, что сейчас, через мгновение тяжелая стрела пронзит его сердце, и мысль о смерти показалась ему такой нелепой, что он удивился. Я не хочу, подумал он, а в горле уже рождался крик, потому что он увидел, как стрела сходит с ложа арбалета и отправляется в смертоносный полет. Но тут кругом возник серый туман; он не поднялся от земли и не выплыл из-за деревьев, а именно возник, неожиданно и сразу, не клубясь и не сгущаясь, и не успел Калинов обрадоваться ему, потому что в тумане этом было его спасение, как тот исчез, исчез так же неожиданно, как и появился. А Калинов обнаружил себя стоящим в джамп-кабине.

На пульте подмигивал красным сигнал "Ваш индекс занят". Калинов вывалился из кабины на улицу. На небе светило солнце, и было оно не синее и не оранжевое, а обычное, земное, и небо было земное, и вокруг стояли обычные дома, и стремился перепрыгнуть через Неву Медный Всадник.

- Мальчик! Что с тобой?

Кто-то положил Калинову руку на плечо. Он оглянулся. Рядом стояла Нонна Крылова.

- Н-ничего, - пробормотал Калинов и попятился. Сбросил с плеча ее руку.

- Мальчик, подожди, - умоляюще попросила она. - Ты не знаком случайно с Игорем Крыловым?

- Н-нет! - сказал Калинов и бросился бежать.