– А стоит ли? – Нэм сам удивился своему осипшему голосу. – Мне, кажется, хватит…

– Стоит ли?! – голос Посла зазвучал неожиданно жестко, а взгляд сощурившихся глаз стал холодным. – Это надо решать заранее, до первого шага, а уж затем…

Костолс помолчал и уже мягче добавил:

– Помните, я вам говорил, что нет смысла начинать, если нет куража пройти хотя бы начальныеи этапы. Я уж не говорю про все этапы. Я ведь вас заранее предупреждал… Вы сами, захотев по-настоящему вкусить афлисовки, настояли на её ПОЛНОМ опробывании. Вы безоговорочно согласились пройти все начальные этапы… Что же теперь?..

– Но я же не знал, что будет такое… – Нэм замолчал, подбирая определение повыразительнее, – лавинообразное нарастание ощущений. Это даже не ощущения, это… это…

– А мы все, несясь к границам Иерархии, знаем, что будет дальше? И разве не лавинообразно растёт напряжение в наших отношениях с иерархами?! Может быть, нам всем стоит вовремя остановиться и повернуть назад?

– Наливайте, Костолс! Вы мудры и хитры, как… как чёрт… как космолётчик… Вы даже в меня внедрили червя сомнения! Повернуть… значит, согласиться… значит, признать… Нет, давайте, травите…

– Дорогой Пэче, виноват, сознаюсь, – я заразен, – лицо Костолса опять засветилось благодушием. – Эти вредные черви сомнения во мне так и кишат. И грызут, и грызут… Каюсь, но я рад поделиться с вами хоть одним из них. Могу ещё. Вот выпьем, и – пожалуйста! Хотите?..

Разговаривая, Посол неторопливо, но как-то очень ловко подготавливал всё для нового этапа дегустации афлисовки и мимоходом благожелательно посоветовал:

– Пожуйте, пожуйте ещё лимонла, Пэче. Сок просто чудодейственен – он поможет вам быстрее восстановиться.

– Для чего? – скорбно спросил Нэм, обречено глядя на столик, где уже стояли два фигурных бокала заполненные афлисовкой. Бокалы были минимум в два раза вместительнее стаканчиков. Поверх афлисовки плавал тонкий синеватый слой анестезита. Рядом с бутылкой с анестезитом, появилась другая бутылочка из фарфора и рюмочки-напёрстки.