– Ну, как вам моя афлисовка? Ещё одну рюмочку?

Нэм, вдруг, с удивлением понявший, что никак не может совладать ни с горлом, ни с языком, в отчаянии замахал руками и замотал головой.

– Не отказывайтесь, Пэче. Самое лучшее впереди.

Нэм, наконец, ценой невероятного напряжения, обрёл дар речи:

– Н-не-е-ет!.. П-пока нет… Вы же видите, Костолс, я ещё не до конца отошёл… Дайте хотя бы отдышаться. И, к тому же, я ещё хочу поспорить. А два таких аргумента подряд, и я соглашусь со всем, что вы мне скажете.

– Х-хм, молодец, уловили… Вот в том-то и дело, а вы ещё спорите… Не-е-эт, дорогой, опыт, если не всё, то очень многое! Если кумулятивность аргументов слаба, и оппонента никак нельзя разбить лобовыми атаками, значит, нужно его обойти, ослабить… Или найти убийственно-кумулятивные аргументы… Я вам всё-таки налью, Пэче… И себе тоже – спорить будем на равных.

Костолс Афлис взял графин, бережно подлил афлисовки в рюмку Нэма Пэче и так же до краёв наполнил драгоценной жидкостью свою рюмку.

– Дорогой мой Заместитель, я советую вам заранее взять побольше лимонла, так как сейчас будет тост, за который грех не выпить до дна. Ну, не морщитесь, не морщитесь – это как раз то расслабление, за которое вы только что ратовали. Тут я с вами абсолютно согласен – не расслабляясь, мы себя сжигаем. Жжём нервы, здоровье, теряем годы жизни. Иногда ни за что, за пшики!.. Но! – Костолс поднял указательный палец. – Чем меньше мы расслабляемся, тем удачливее наша карьера, выше общественный статус. И… вообще, чем серьёзнее, целенаправленнее мы, тем больших успехов достигаем. Пусть даже в дутом, бюрократическом понимании этих успехов. Вот я… Да будь я… Мне бы постыдились предложить… Ладно, не будем… Пэче, берите рюмку.

С содроганием глядя на выпуклую мерцающую поверхность переполненной рюмки, Нэм осторожно поднял сей сосуд и приготовился к повторному внутреннему самосожжению.

– Выпьем за то, чтобы и наша слабость стала нашей силой, за конечный успех нашего безнадёжнейшего дела!!!