
- Тогда второй вопрос, - быстро сказала Анюта.
- Постой, я ж не ответил.
Истомин пришел в себя, как вынырнул из-под воды: даже в ушах звенело.
- Почему же?.. Все очень-очень понятно... Скажи, а твоя жена спокойна?
Заладила: спокоен, спокойна...
- Абсолютно! - сказал так поскорее, чтобы не думать, не анализировать суть, зря не мучиться. А Анюта заметила.
- Вот и врешь, - спокойно сказала она. - Жить с тобой - сплошная нервотрепка.
- Ну уж!.. - Истомин отлично знал, что он не сахар, но сей факт его не тяготил, он даже в меру гордился им: вот мы какие непростые, какие мы сложносочиненные. - И потом: ты-то что волнуешься? Ты свое со мной отжила. Или отмучилась, а, подруга?..
- Отжила... - эхом повторила Анюта.
- Слушай, - окончательно обозлился Истомин, - если ты помнишь, не я от тебя ушел, а ты от меня. Собралась, сказала "прощай!" и пошла к мамочке. А я остался. Один, между прочим. И ведь звонил тебе, говорил: не дури, вернись. А ты?
- А я не вернулась.
- Почему?
- Ты не хотел.
- Ты что, дура? Я же звонил...
- Истомин, перед кем ты ломаешь комедию? Передо мной? Не надо, я театр не люблю. Разве что перед собой... Ты ведь не жил со мной, ты _существовал_, ты тяготился и домом, и мной, и мамой - она умерла в прошлом году, - ты придумывал любой предлог, чтобы уйти. И все бы ладно: ну не нагулялся мужик, молодость в нем играет, но зачем ты на меня давил?
