Ему нравилось владеть всеобщим вниманием.

Отец Энтони вернулся домой в половине седьмого - усталый, грязный, в крови. Он провел день с другими мужчинами на пастбище Дана, где они выбирали корову, подлежащую забою в текущем месяце, потом забивали ее, рубили тушу и засаливали ее в леднике Сомса. Ему это занятие было не по душе, но наступила его очередь. Накануне он помогал Макинтайру жать пшеницу, завтра начнется обмолот. Все это делалось вручную: в Пиксвилле теперь царствовал ручной труд.

Он поцеловал жену в щеку, уселся в кухне за стол и с улыбкой спросил:

– Где Энтони?

– Где-то тут, - был ответ.

Тетя Эми стояла у дровяной печи, помешивая в котле горох. Мать открыла духовку и помешала свое жаркое.

– День был ОТЛИЧНЫЙ, - механически отчеканил отец и, посмотрев на миску и на хлебницу, мечтательно произнес: - Я бы один слопал целую буханку, так проголодался!

– Никто не проболтался Дэну Холлису про его день рождения? - спросила жена.

– Никто. Все словно проглотили языки.

– Мы приготовили для него отличный сюрприз.

– Вот как! Какой же?

– Ты знаешь, как Дэн любит музыку. Так вот, на прошлой неделе Телма Данн раскопала у себя на чердаке пластинку.

– Не может быть!

– Представь себе. Мы упросили Элму исподволь выведать у него, нет ли у него такой. Оказалось, что нет. Что, разве не отличный сюрприз?

– Еще какой! Надо же, пластинка… Вот это находка! Интересно, что на ней?

– Перри Комо, «Ты - мое солнышко».

– Вот это да! Моя любимая мелодия! - Увидев на столе сырую морковь, отец взял одну, потер о свою рубаху и откусил. - Как же Телму угораздило на нее наткнуться?

– Случайно. Искала что-то другое - и на тебе.