— Паразит! — проревел он. — Свинья!

— Смерть ему! — в один голос закричали несколько возмущенных дам.

— Какое бесстыдство! — проговорил какой-то священник, краснея до корней волос.

Профессора потащили по улице. Он упирался и причитал, но гвалт толпы заглушал его жалобы. Со всех сторон на него сыпались удары — зонтиками, тростями и свернутыми в трубочку журналами.

— Мерзавец! — кричала толпа. — Распутник! Какая мерзость! Отвратительно!

Но в переулках, в венозных барах, биллиардных за улыбками и издевательствами прятались дикие фантазии. По городу быстро разнесся слух.

Профессора отвели в тюрьму. У шара поставили двух полицейских. Они с любопытством заглядывали внутрь.

Главный комиссар Каслмолд рассматривал неприличные фотографии, когда зазвонил видеотелефон.

Он вздрогнул, щелкнув вставными челюстями, быстро собрал снимки и бросил их в ящик стола. Придав физиономии официальное выражение, он включил связь. На экране появился капитан Рэнкер.

— Комиссар, — почтительно проговорил он, — простите, что прерываю ваши размышления…

— Ну, что там стряслось? — нетерпеливо и резко спросил Каслмолд.

— У нас новый арестант. Говорит, что прибыл к нам на машине времени из 1954 года.

Капитан воровато огляделся.

— Что вы там ищете? — проворчал комиссар. Капитан сунул руку в стол, вытащил три предмета и положил их так, чтобы Каслмолду было хорошо видно. Глаза комиссара чуть не выскочили из орбит.

— О-о-о! Откуда это?

— Они были у арестованного.

Каслмолд прямо ел эти штуки глазами. У него началось легкое головокружение.

— Я сейчас приеду, — выдавил наконец комиссар. Он отключил связь, подумал секунду, снова включил. Капитан Рэнкер отдернул руку со стола.

— Ничего не трогать. Понятно?