— Если только мы прогуляемся в дальний конец коридора и обратно.

Она глянула на металлического обезьяноподобного, который кивнул.

— Очень хорошо. Но только давайте пойдем медленно. Зачем так мучить себя?

— Я должен быть готов к встрече с Кифом где угодно, в любой момент.

— Сомневаюсь, что ты обнаружишь его в здешних местах, вряд ли он прячется где-то поблизости.

— Кто знает? — ответил он.

В тот же вечер Калифрики проснулся от звуков неистовой музыки, доносившихся откуда-то издалека и несколько ослабленных расстоянием. Подождав немного, он с усилием поднялся на ноги и вышел в коридор. Звуки доносились из лестничного колодца. Прислонившись спиной к стене, он долго прислушивался, а затем, волоча ногу, вернулся в постель.

На следующий день, после завтрака, он выразил желание совершить более длительную прогулку, и Йолара, отпустив доктора Шонга, повела Калифрики вниз по лестнице. Лишь постепенно он оценил грандиозные размеры здания, по которому они прогуливались.

— Да, — пояснила она, когда он указал ей на это, — оно выстроено на развалинах древнего монастыря и годами служило и крепостью, и жилищем.

— Любопытно, — сказал он. — Скажи мне, вчера ночью мне показалось, будто я слышал музыку. Здесь устраивали какой-то праздник?

— Можно и так назвать, — ответила она. — Впервые за долгое время мой отец покинул свои покои и позвал музыкантов, чтоб те сыграли ему.

— Я рад, что ему лучше, — сказал Калифрики. — Это была ужасающая, но прекрасная музыка. Хотел бы я когда-нибудь услышать ее еще раз и, может быть, даже присутствовать там, когда музыканты будут ее исполнять.

— Они вернулись в свои подземные норы, скрытые глубоко под полом, — сказала она. — Но как знать...

— Они тоже творения твоего отца?

— Думаю, что так, — ответила она. — Но, право, сама я никогда их не видала, поэтому трудно сказать.