В этот момент дьявольский квартет заиграл. И говорить стало невозможно. Опустив руку кукольника, Калифрики подобрал лежавшую в стороне пику с алым древком и поднялся на ноги.

Он прошел между изуродованными демонами и, подойдя к каменному полумесяцу, ударил о него пикой. Мгновенно музыка смолкла. Музыканты удалились на покой. Могилы начали закрываться.

— Теперь наконец ты веришь, что здесь опасно? — сказал он.

— Да, — отозвалась она. — Но...

— Йолара, — произнес седой толстый старик, который входил в зал через дальнюю дверь — вспышка голубого огня на правой руке. — Я слышал, ты кричала.

— Механический двойник отца, — сказала она. — Он часто подумывал, не смастерить ли такого. Я и не знала, что смастерил. Кукла убила его и заняла его место.

Толстяк усмехнулся и двинулся к ним.

— Отлично, — сказал он. — А вас не проведешь, верно?

— Где его самое слабое место? — спросил ее Калифрики, поднимая клинок.

— Чуть ниже пупка, — ответила она, и он направил острие оружия ниже.

— Если честно, — сказала кукла, — то, проткнув слой плоти, ты почувствуешь, как металл упрется в металл. Чтобы победить меня, нужно достойное оружие и прочный клинок.

Калифрики рассмеялся.

— Не проверить ли нам? — спросил он.

Кукла остановилась.

— Нет, не нужно, — ответила она. — Стоит ли разбазаривать талант понапрасну.

Затем его взгляд устремился куда-то за их спины. Калифрики повернул голову и увидел, что через другую дверь в зал входит доктор Шонг.

— Доктор, — закричала Йолара, — он убил отца и занял его место!

— Я знаю, — ответила обезьяна, и девушка с удивлением увидела, как доктор гадко осклабился. — Ему предложили, и он не мог отказаться.

— Моя нога здорова, — сказал Калифрики. — Думаю, она все же была сломана, но теперь вполне зажила. И на это потребовалось отнюдь не несколько дней, как вы пытались меня уверить, а гораздо больше. Наверняка я пробыл здесь не одну неделю, а вы одурманивали меня зельем...