— Что это такое?

— Что?

— Этот золотистый камушек. Какой-то самоцвет?

Камбер улыбнулся и покачал головой.

— Не совсем. Горцы Кирни называют его ширалом. Морские волны полируют эти камни и выбрасывают на берег моря. Дай-ка его сюда, я покажу тебе кое-что любопытное.

Ивейн вернулась к своему креслу и села, положив забытый манускрипт на колени. Она была полностью захвачена загадочным камнем, словно излучавшим свет.

Ивейн молча протянула его отцу.

— Ты знаешь заклинание, которое использует Райс, чтобы улучшить свое восприятие пациента? — спросил Камбер, оживленно жестикулируя. — То, которому он научил тебя и Джорема, оно помогает сосредоточиться?..

Образ Райса мгновенно возник перед ней, стоило на миг задуматься.

— Конечно.

— Так вот. Во время моего последнего путешествия в Кулди я нашел этот камень. Он случайно оказался у меня в руке, когда я читал вечернюю молитву, и он… впрочем, смотри сама. Мне проще показать.

Осторожно держа камень кончиками пальцев, Камбер вдохнул, выдохнул. Глаза его сузились, когда он вошел в первую стадию транса. Дыхание замедлилось, черты лица расслабились, и вдруг камень начал светиться. Камбер, все еще находясь в легком трансе, протянул Ивейн руку со светящимся камнем.

— Как ты это делаешь? — с удивлением спросила девушка.

Камбер вздрогнул и прервал заклинание. Свет в камне погас. Камбер некоторое время держал его в ладонях, затем протянул дочери.

— Попробуй сама.

— Хорошо.

Взяв камень в одну руку, Ивейн провела над ним другой рукой и склонила голову, повторяя в уме слова, для погружения в транс. Несколько мгновений с камнем ровным счетом ничего не происходило, но она пробовала и так, и этак, и в конце концов ширал обрел жизнь и вспыхнул ярким пламенем. Со вздохом сожаления Ивейн вернулась в реальный мир, все ближе поднося камень к глазам, чтобы углядеть последние угасающие искорки.