Земля вокруг была покрыта коркой соли, а из каменистого отверстия вытекала вода, образуя небольшое озеро.

- Холм насыпной, ясно, как день, - объявил Семен, постукивая по камням геологическим молотком. - Хитро уложено. Но зачем? И почему родник?..

Каменный холм имел кое-где тонкий покров из песка и земли, поросший бурой травой. Когда сняли в одном месте слой земли, обнажилась кладка. Она была очень тщательной и замысловатой и напоминала соты улья.

Пока Семен и Гриша осматривали сопку внизу, Ия проворно поднялась на вершину, легла и приложила ухо к камням. Из недр сопки донеслось слабое журчание и перезвон капель.

- Ийка! Спускайся скорей! - окликнули девушку. - Плиту нашли!..

В кустах спиреантуса, у самого выхода родника, торчал серый камень, до половины врытый в землю. Его гладкая поверхность была вся испещрена вязью арабских букв, тщательно вырезанных каким-то острым предметом.

Топчиев нагнулся над плитой.

- Отдельные слова... Что-то о засухе, это понял... Разрыв... Какие-то предсказания... Нет, трудно понять. Многие буквы стерлись.

Он снова стал читать про себя, то и дело прерывая чтение удивленным хмыканьем.

- Да что ты под нос себе бормочешь! - рассердилась Ия. - Нам с Мухиным тоже интересно! И шоферу интересно!

- Вслух, вслух! - поддержали шофер и Мухин.

Но Гриша, все еще в сомнении, топтался у плиты.

- Кочующий миф, а? - спросил он сам себя. Потом продолжал увереннее: - Ну, ясно, кочующий!.. - Он обернулся к товарищам. - Помните легенду о пророке, который совершил чудо в пустыне? Ударил по камню железом, и потекла вода. Этнография знает множество подобных кочующих мифов...

Топчиев до геологического института проучился год на историческом факультете и рад был щегольнуть перед друзьями познаниями по истории и литературе.

- Ну, Гришка, же! - дернула его за рукав нетерпеливая Ия. - Брось ты свои гипотезы. Сами поймем. Прочти все, что удалось разобрать.