Он досадовал, если его понимали не сразу.
- Ну, как же!.. Революция сделает человека невиданно сильным. Самые дерзкие замыслы станут реальными. А я, признаюсь, нетерпелив. Я хочу приблизить это счастливое время. Тогда и займемся по-настоящему "Географией будущего". Тогда наступит ее черед!.. - И, бережно смахнув пыль с папки, возвращал рукопись на место, на верхнюю полку.
В ночь своего ареста Ветлугин раньше обычного кончил работу.
Можно бы, казалось, перелистать "Географию будущего", терпеливо ожидавшую, когда обратит на нее внимание хозяин. Но, постояв в задумчивости у полок, Ветлугин отошел. Сегодня было как-то не по себе. Чувствовалась усталость, непонятное беспокойство.
Он осторожно отогнул занавеску, выглянул в окно. Улица была пуста.
Он лег на диван. Сон не шел.
Чудились шаги под окном, поскрипывание снега, приглушенные голоса, словно бы даже стук в дверь.
Ветлугин укрылся с головой.
В комнате были стенные часы с мерным гулким боем и маленькие, карманные, лежавшие на тумбочке у кровати. Они тикали вразнобой. Похоже было: взрослый шагает по тротуару, а рядом, держась за руку, семенит ребенок.
Под хлопотливое постукивание детских каблучков начали расплываться и затихать призрачные звуки. Ветлугин подоткнул под спину сползший было плед, свернулся калачиком. И когда стал уже засыпать, раздался стук в дверь, на этот раз настоящий.