– На Вестроне, я сказал, – нахмурился Гордон. – Конечно, никто не говорил. Я говорю, и этого достаточно. Для начала проверим твою физическую готовность. Ты принес спортивную форму? – Василий захихикал, больно уж смешно звучали на Вестроне слова «одежда для движения», и пошел одеваться.

Спустя десять минут переодетый Василий вышел в спортзал, в центре которого на некоем подобии татами приплясывал в нетерпении Гордон. Мускулы перекатывались по скульптурно красивым голеням и предплечьям, ни капли жира на стройном теле, широкие плечи. Бог – не человек. Василию оставалось только удивиться:

– Неужто, правду сказал мистер Дьюри, что тебе сорок лет?

– Нет, он соврал, – жизнерадостно отозвался Гордон. – Мне девяносто. И девяностолетний дедушка сейчас будет тебя лупить, за то, что ты снова говоришь по-английски.

– Понял-понял, – поспешно закивал Василий.

– Вот и хорошо. Начнем с драки на кулаках.

В рукопашной схватке Василий был изрядно бит. И это обладатель черного пояса, второго дана! Чемпион Ростовской области по ката! Гордон жалил словно змея, атаковал, нарушая все каноны рукопашного боя. Раскрывался, но исчезал, словно призрак, когда Василий переходил в наступление. Вот он, бей – не хочу, а ударишь – и нет никого. Почти все удары Василия прошли мимо, Гордону пришлось блокировать лишь раз или два. Зато сам Василий пару раз весьма чувствительно получил по колену, ударь Гордон в полную силу – охромел бы, точно. Один раз, больно и обидно, досталось по лицу, и под конец боя, достаточно сильно, в поддых. Воздух затвердел, стал шершав, отказался лезть в горло. Василий заставил себя выдохнуть, присел на четвереньки. Хрипло задышал, приходя в себя. Рядом беззлобно улыбался Гордон:

– Неплохо дерешься, парень. Пару раз почти достал меня. – «Издевается» – решил Василий, и поднял голову. Но нет, Гордон хоть и улыбался, но был серьезен. Голубые глаза смотрели строго и оценивающе. – А теперь – с оружием. Меч тебе знаком?