После завтрака Василий расслабился, настроился на благодушный лад. Но как оказалось, зря. Гордон сразу же начал гонять его по грамматике Вестрона, залез было и в Синдарин
И началась учеба. Эти шесть дней Василий запомнил очень плохо. Они слились для него в один, в очень тяжелый, быстро пролетевший день.
Раннее утро. Гордон, по виду типичный сибарит и бабник, которому спать и спать, будит Василия пинком, бодро и фальшиво при этом насвистывая. Пробежка вокруг дома, по саду, где первые птицы еще только начинают возносить гимн восходящему светилу, а капельки росы испуганно дрожат при виде двух пробегающих мужчин. Василий с завыванием зевает на бегу, и капельки спрыгивают со своих насестов, вниз, подальше от столь страшных звуков. Зарядка: медленные, плавные движения, насколько понял Василий, некая смесь Тайцзи-цюань и йоги. Тело разогревается, кровь приливает к скукожившимся за ночь мышцам и внутренним органам, изгоняя сонливость. Завтрак; простота и питательность: соя, творог, молоко, овсянка, сыр, никакого мяса. После завтрака – теоретические занятия. Голова Василия пухнет от имен нуменорских и гондорских правителей, их жен, племянниц, друзей племянниц и племянниц друзей. Всякие Вардакилы, Ар-Гимилзоры, Ар-Паразоны и прочие Эрендилы теснились в голове, периодически переругиваясь и перепутываясь. Кроме того, еще была история рода Йорла, Восточных Эльфов, легенды и сказки мира Илуватара, от «Валарквэнта» до «Сказания о прыщавом лодочнике Саксе». И самое ужасное – это хоббитские генеалогии, величиной и развесистостью превосходящие любое известное науке древо. В первый же день Василий спросил Гордона, почему тот не пользуется в обучении гипноиндуктором. Искатель ответил:
– Хороший вопрос. Гипноиндуктор – ненормальный метод обучения. Можно, конечно, впихнуть в тебя кучу знаний, все языки, обычаи и прочее. Но, едва ты попадешь в тот мир, то неестественность полученных знаний сразу станет видна. Любой завалящий чародей, не говоря уже об эльфах, увидит, что на твою голову наложено заклинание. Этим ты привлечешь внимание большее, чем, если явишься в Минас-Тирит на танке.