— Закрепите трос достаточной длины, и вы наверняка сумеете вытащить лодку обратно. Вы сильный. Уверена, что и пловец вы отличный.

— Я был чемпионом в младших классах, — признался я, — и все равно я на это не пойду.

— Почему?

«О господи, Келли».

— Во-первых, я не хочу утонуть в этих проклятых водопадах. Во-вторых, я не хочу подвергаться воздействию температурного градиента, не имея защиты даже в виде лодки. Данные разведки с воздуха предполагают наличие внизу слоев льда, как раз напротив участка, где зафиксирована максимальная температура. Вот для чего нам нужны камеры и прочие приборы.

— Иногда нет ничего лучше, как самому взглянуть.

— Нет.

— Но вы и так постоянно подвергаетесь радиации, — напомнила она, флиртуя и умоляя одновременно. Вот никак не думал, что она на такое способна. — Так чего вдруг волноваться из-за простого маскона?

На этот раз я произнес вслух:

— Господи, Келли.

Она звонко рассмеялась своим прелестным смехом и взяла меня за локоть.

— Кроме того, других дел этим летом у вас нет.

Когда Келли поняла, что в ближайшее время я не полезу ради нее в воду, она решила, что нам необходимо построить «наблюдательный пункт» и следить оттуда за впадиной. Несколько дней мы таскали строевой лес из сарая егерей к росшему у воды старому клену с подходящей кроной. Пока мы возились с веревками и гвоздями, устраивая форт на дереве, звонкий смех Келли разносился эхом между деревьями и горами так часто, как никогда.

Прежде я думал, что утонул в любви, но я даже не подозревал, насколько очаровательной и забавной она могла быть.

В самый разгар работы приехал наш патрульный. В первую секунду он с серьезным видом взирал на нас со своей высокой кобылы, словно строгий родитель.

Келли вынула изо рта гвоздь и позвала сержанта:

— Идите к нам, сержант Перри. Неужели вам не хочется вспомнить, как строят домик на дереве?