В его голосе слышались усталость, изнеможение, печаль. — Сидя здесь, я понял, что проиграл. Я не могу найти в ваших отношениях ничего неверного, никакого изъяна. И не могу ничего посоветовать. Боже мой, как глупо… Зачем было искать тебя, беспокоить, расстраивать, нарушать течение твоей жизни, если я могу предложить тебе лишь смутные пожелания да бессмысленные сетования на судьбу. Минуту назад, сидя здесь, я подумал: убью ее немедля, освобожусь от нее сегодня же, возьму вину на себя, старика, и ты, молодой, двинешься в будущее без жены. Ну не глупость ли? Да и вышло ли бы у меня что-нибудь? Это же давным-давно известный парадокс. Осуществи я подобное, что случилось бы с потоком времени, с Землей, со всей Вселенной? Нет, не тревожься и не смотри на меня так. Убийства не будет. Вернее, оно уже было — в будущем через двадцать лет. Старик, который не сумел принести никакой пользы и ничем тебе не помог, сейчас покинет тебя, выйдет на улицу и удалится навстречу своей судьбе, своему безумию. — Он поднялся на ноги и опять закрыл глаза. — Посмотрим, сумею ли я найти выход из собственного дома в темноте…

Молодой двинулся за ним, распахнул платяной шкаф в передней, достал пальто, бережно накинул старику на плечи, сказал:

— А ведь ты помог. Ты внушил мне, чтоб я каждый день говорил ей, что люблю ее.

— Ну хоть на это меня хватило… — Они подошли к двери, и старик внезапно спросил с нажимом: — Как по-твоему, у нас есть надежда?..

— Есть. Уж я позабочусь, чтоб она не рухнула! — ответил Джонатан Хьюз.

— Хорошо! Почти верю тебе… — Протянув руку, старик машинально нажал на ручку входной двери. — Прощаться с ней я не хочу. Нет сил смотреть в ее лицо, такое милое. Скажи ей, что старый осел ушел. Куда? Ты-то знаешь вперед по дороге жизни, где я буду ждать тебя. Рано или поздно ты объявишься.

— Чтобы стать тобой? Ни за что! — воскликнул молодой Хьюз.

— Повторяй себе это неустанно. И, прости Господи, вот… — Порывшись в карманах, старик вытащил небольшой предмет, обернутый в мятую газету. Лучше я оставлю его тебе. Себе я не доверяю, даже после нашей встречи. Я могу выкинуть еще что-нибудь жуткое. На, возьми… — Старик чуть не насильно сунул предмет младшему. — До свидания. Не лучше ли сказать: да поможет тебе Бог? Да, лучше. Прощай…