Обычный поселок лесных людей состоял из кучки хижин, иногда окруженных частоколом. Вокруг лежала возделанная земля, отвоеванная у леса, куда по утрам выгоняли скот, а вечером пригоняли его обратно, за частокол. По мере того, как увеличивалась численность народа, сельчанам и их скоту требовались новые земли, и они начали вторгаться в леса. Этот процесс ускорился, когда земледелие — конечно, довольно примитивное, — прибавилось к хозяйственным делам этого народа. Люди сообща расчищали землю под поля, сжигая деревья и кустарник — практика, в результате которой почва значительно обогащалась за счет древесной золы. Иногда обильные дожди из почвы вымывали питательные вещества, и поле уже не давало свой первоначально богатый урожай. Тогда народ переселялся на новое место, благо земли было много, а леса казались безграничными. Так повторялось из поколения в поколение. В период развития охоты и скотоводства, по мере того, как охотники уходили все дальше, а общины разрастались вместе с увеличением стад, люди из соседних деревень нередко затевали споры, которые не всегда разрешались мирным путем. С развитием земледелия споры стали вспыхивать чаще, понадобилось постоянное переселение, или кочевка сельчан. В деревнях при их изоляции и ненадежной защите развивались и сплоченность жителей, и недоверие к чужакам. Эти люди никогда не пренебрегали охотой с присущим ей азартом погони, засадами, убийствами, что будило мрачные, глубинные наклонности. Она давала возможность поупражняться в навыках, которые не чужды воинам: к примеру, в умении устраивать засады, а также развивала осторожность, терпение и хитрость, способность преследовать, убивать и так далее.