Он цапнул с полки словарь, полистал, сяк-так цветок мой поразглядывал; смотрю: в глазах искорки зажглись. Можно, спрашивает, до завтра оставить «экземпляр». А чего ж нельзя? можно. Завтра является ко мне и с порога заявляет, мол, нету в природе такого растения, вы, дядь Сеня, новый вид открыли. Ну, цветок я у него отобрал, на кой мне лишние хлопоты? Тем более, что к тому времени я уже кое-какие эксперименты провел и знал, откуда такие цветы на свет появляются.

Он замолкает, мимо нас проходят два паренька в футболках «Динамо-чемпион» — покурить в тамбур.

— Значит, карандаш, — то ли здоровяк поверил, то ли решил подыграть.

— Он самый! Оказалось, что им ни нарисуешь, все… овеществляется, что ли… Главное нужно рукой или чем еще накрыть рисунок, всего на мгновение — а потом поднимаешь, и оно уже… существует.

— Да-а, знатная штуковина была бы…

— Вы считаете? Я тоже поначалу решил: вот так да! Повезло неслыханно. Как думаете, что нарисовал после цветка?

Здоровяк пожимает плечами: ему жарко и скучно от выдумок попутчика, к тому же он еще не докушал, но хрустеть огурцом неудобно, приходится терпеть и слушать.

— Вентилятор! — признается почти-старик. — У меня в комнате всегда духота, вот и решил… давно мечтал, между прочим! Любовно так вырисовал лопасти, корпус, кнопочки «быстрее-медленнее», шнур, вилку. Вентилятор, само собой, овеществился. Я вилкой в розетку тычу — не всовывается. Расстояние между штырьками маленькое. Я замерял, перерисовал. Воткнул, включил. Не работает. Думаю: в механизме какие-то неполадки. Разбирать корпус — а корпус, (хоть и наполовину — пластик, наполовину — метал) не разбирается!

Ну, разбил я его в конце концов молотком. Разбил, сунулся поглядеть, в чем там дело — все детали на месте! Ну все, до одной (я ж немного в технике разбираюсь, знаю, что говорю). И — на работал, хоть ты тресни!..

Болельщики-«динамовцы» возвращаются, вынуждая почти-старика в очередной раз прерваться. Прошли.