Сзади вспыхнуло сразу два фонарика. Лучи их заметались по земле, скрестились, поймали Кострова. Он повернул голову, зажмурился от яркого света.

- Жив? - это был Миенг.

- Я-то жив, - сказал Костров. - Однако гость ваш...

Он взглянул на неподвижно застывшее тело диверсанта, оказавшегося маленьким и щуплым: в темноте невольно преувеличиваешь опасность...

- Чем ты его? - Миенг присел на корточки, посветил в лицо диверсанту.

Тот подергал веками, но глаз не открыл, боялся, видно.

- Не трогал я его, - сказал Костров, потирая ушибленный локоть. - Сам он...

Миенг пошарил рукой по земле, поднял увесистый камень.

- Не повезло бедняге. Ударился. Ты, Ко-ля, такой большой, а он такой маленький. Разные массы. Закон Нью-то-на. Не забыл?

- Не забыл,- мрачно подтвердил Костров. - Не будет бегать где не надо.

- Он же совсем глупый, - усмехнулся Миенг. - Он не знает закона Нью-то-на... - кивнул своим бойцам: - Забирайте его.

Те подошли, один из них ткнул диверсанта дулом автомата. Он поднялся нехотя - похоже, не так уж сильно ударился - и Костров пожалел, что не может разглядеть его лица.

- Посвети на него, Миенг.

- Зачем? - спросил Миенг. - Батарейку жалко. Я фонарик ребятам отдам. Они пирогу покараулят.

- Сколько было "гостей"?

- Четверо.

- Никого не упустил?

- Никого. Только твой шустрым оказался.

- Какой он мой,- махнул досадливо рукой Костров. - С таким же успехом он мог налететь на дерево. Или на стену. Или просто поскользнуться. Я тут ни при чем. Даже не помог вам.