Полиция у нас боевая. Отыщет сперва картину, а потом и меня. Нет, оставить невозможно. Продать? Кто за эту мазню отвалит хороший барыш? Так, копейки. Только потому, что семнадцатый век. Хотя и этого не получу, картина ворованная и малоценная. Посчитают меня свихнувшимся болваном, если я начну ее предлагать кому-то из постоянных клиентов. Повесить дома? Хм… Кто-нибудь когда-нибудь обратит внимание… У меня ведь не фамильная усадьба с ограниченным доступом посторонних. Выкрутиться сумею в обоих случаях. Но пятно на репутации останется… Ладно, – решил он наконец. – Положу в сейф местного банка. Тайна вклада – есть тайна вклада. Никакой банк не захочет поступиться репутацией – раскрыть секрет вкладчика… А потом придумаю, что с ней делать… Университет университетом, а улику уничтожить, если понадобится, – уничтожу".

В комнату постучали – мальчишка принес газету. Приоткрыв дверь, Сириск взял ее и снова заперся. Спрятал картину обратно в шкаф, улегся на скрипучую продавленную кровать и бегло проглядел заголовки.

"Гедеонские новости" словно взбесились – огромные заголовки над большой цветной репродукцией вещали о преступлении; пронырливые репортеры домышляли подробности похищения, расписывали действия полиции, сообщали сумму вознаграждения – немалую, которая достанется тому, кто укажет местонахождение картины, ругали, как всегда в таких случаях, плохую организацию охраны.

Начальник полиции, для солидности, видимо, заявил в интервью, что похищение, несомненно, дело рук какого-то преступного синдиката, что преступление было тщательно подготовлено, что не обошлось без лучших мастеров своего дела. Сириск насмешливо скалился, когда читал. А досужий искусствовед успел состряпать статейку о художественных достоинствах картины. Читая его бред, Сириск почувствовал, как от гнева кровь приливает к голове.

Он поднялся, снова выволок на свет картину, в который раз долго, распаляясь, рассматривал ее: она оставалась мертва. В крайнем раздражении он скомкал газету, бросил на пол, топнул ногой, забормотал раздраженно: "Нет, вы только послушайте! Огромная потеря!.. Кто-то сошел с ума. Или я или они… Нет, ну я-то абсолютно нормален. Значит, сошли с ума они!.. Надо же!.. Целый город сумасшедших… Какой шум подняли!.. Из-за чего? Из-за куска тряпки, из-за дрянной мазни!.."