– Поездка твоя, пребывание там, необходимые расходы, о них ты мне отчитаешься, и возвращение, – за мой счет. Посмотри на месте, что это за картина, в самом ли деле стоит она того, что за нее заплатили? Если картина стоящая, то, как всегда, постарайся ее… м-м… взять. – Сириск не любил грубых и резких слов. – И немедленно обратно. Встретишь затруднения, звони. Говорить будем, как условлено. Помнишь?

Руф кивнул.

– Все будет, как надо, – пророкотал он.

Сириск уставил на Руфа указующий палец.

– И чтобы за время работы – ни грамма спиртного. Даже пива.

– Ну, конечно, о чем речь! – заверил Руф с преувеличенной убежденностью.

Затем они договорились, что Руф возьмет напрокат машину, а счет за нее пришлет Сириску. На поездку Сириск дал Руфу три дня.

– Всего-то? – начал Руф. – Но…

– За такой срок можно весь Лувр вынести! – отрезал Сириск.

По возвращении Руф должен был созвониться с Сириском и договориться о встрече, но уже не у Сириска дома, а где-нибудь в более подходящем месте. Во время встречи Руф отдавал картину Сириску, получал чек на условленную сумму, и они разъезжались до нового дела. Система эта была неоднократно проверена и всегда срабатывала безотказно.

Они, как водится, немного поторговались о цене, причем Руф налегал на то, что жить стало тяжелей – все дорожает, а Сириск отзывался, что тяжелей стало жить не только ему, и советовал Руфу бросить пить, тогда денег будет хватать на более долгий срок.

В ответ Руф удрученно покачал головой.

– Не так-то просто: вдруг взять и бросить, когда организм уже, можно сказать, насквозь проспиртовался и душа все время просит… А разве душе откажешь? – Он виновато улыбнулся. – Сколько раз пробовал – не могу.

– Да мне, собственно, все равно, – сообщил Сириск равнодушно. – Я в чужую жизнь не суюсь.

Затем Руф получил задаток, и они распрощались.