- Как вас зовут? - спросил он.

Она назвала себя. Он на ходу посматривал на нее, хмуря брови и морща лоб. Для юноши его лицо было слишком помятым, под губой у него был небольшой шрам. Выглядел он старше нее. Она чувствовала неловкость под его оценивающем всю ее взглядом, но решила перетерпеть и это, лишь бы не лишиться его, такого настоящего. Подавив в себе природную застенчивость, она просунула свою руку под его локоть и вцепилась в рукав поношенного кожаного пальто. Он не протестовал.

А еще немного погодя он обхватил ее за плечи, и они шли уже как настоящие влюбленные.

"ВОЙНА"! - кричал заголовок с газетного стенда.

Он хотел повернуть на улицу Тэнна Хардвера. Она встала, как вкопанная, когда увидела, что там делается. Он тоже остановился и повернулся к ней лицом - за спиной у него разгорался пожар.

- Не пойдем туда, - сказала она.

- А куда ты хочешь пойти? - спросил он.

Она беспомощно пожала плечами и показала в сторону главной улицы.

Он заговорил с нею так, как говорят с маленьким ребенком, высмеял ее страхи. Ее это огорчило. Многие обращались с нею именно так. Она почувствовала это в его обращении с ней, и смирилась и с этим.

Его звали Джим. Он только вчера приехал в город попутным транспортом. Он искал работу. Никого знакомых у него в городе не было. Она слушала его корявую, бессвязную речь, но слышала совсем другое. Когда он замолк, она посмотрела ему в глаза и увидела испуг в них.

- Я не сумасшедшая, - сказала она ему, сказала ложь, потому что последняя собака в Садбери знала, что она сумасшедшая, но он не был знаком здесь ни с кем. У него было настоящее лицо, а шрам у рта делал его грубоватым, особенно когда он задумывался. В другое время он скорее отпугнул бы ее от себя. Сейчас же она больше всего боялась потерять его среди всех этих призраков.